Высотный жилой дом на Котельнической набережной как артефакт «реального коммунизма», воспетого писателем и философом Александром Зиновьевым (1922-2006). Фото Дмитрия Чистопрудова

У подъезда высотного дома

Зримые видения, внушённые иллюзии и непоправимые заблуждения.

Порой мне кажется, что городом дураков должна управлять умная собака или мудрая лошадь.

Джонатан Свифт(1667-1745)

Высотный жилой дом на Котельнической набережной как артефакт «реального коммунизма», воспетого писателем и философом Александром Зиновьевым (1922-2006). Фото Дмитрия Чистопрудова

Высотный жилой дом на Котельнической набережной как артефакт «реального коммунизма», воспетого писателем и философом Александром Зиновьевым (1922-2006). Фото Дмитрия Чистопрудова

До сих пор не перестаю удивляться многообразию источников, порождающих порой ряд необъяснимых и таинственных ассоциативных чувств и переживаний, которые в свою очередь, словно стартер, запускают в работу двигатель памяти.

Включить память может всё что угодно – любой увиденный объект и любое незначительное событие. Ими может быть и «вещий» сон и маленькая заметка в газете, проект реконструкции памятника архитектуры в Царицыно и «Аллея правителей России», скромный бюст товарища Сталина и грозный монумент Петра Великого и даже услышанная по радио «Культура» наивная детская песенка. Бывает и так, что сам себе не веришь – сон, увиденный тобой месяц назад, порождает… реальные события, открывает на миг картины далёкого прошлого и даже помогает узреть за «горизонтом событий» под грохот барабанов близкое-далёкое грядущее.

Вот приснился мне в начале июня четырнадцатый этаж жилого высотного дома на Котельнической набережной, где в корпусе «Б» на 6-ом этаже двенадцать лет жила великая балерина Галина Уланова, и память воскресила такие видения, какие никогда не увидит даже модный сегодня писатель Стивен Кинг.

Холл центрального корпуса жилого высотного дома на Котельнической набережной. Вид со стороны скоростных лифтов. Фото Дмитрия Чистопрудова

Холл центрального корпуса жилого высотного дома на Котельнической набережной. Вид со стороны скоростных лифтов. Фото Дмитрия Чистопрудова

Приснилась мне ковыльная степь с дикими тюльпанами, точно такая же, как на реке Маныч под Пролетарском. Правда, в сновидении ковыль был намного гуще и лежал он как огромный белый ковёр в гигантском холле кардинально кем-то перестроенного и значительно расширенного четырнадцатого этажа высотного сталинского здания. По рукотворному, волшебному степному ковру ходили ласковые и добрые львы и тигрицы, росомахи и рыси. Они нежно урчали и мурлыкали гимн великой укротительнице тигров Ирине Бугримовой. Они утыкались мне в колени, терлись усатыми щеками о ноги, отходили прочь и довольные собой валились в ковыль набок. А вдалеке, у скоростного, импортного лифта, мирно пасся табунок кобылиц буденовской породы, и лёгкий ветерок от мощных кондиционеров тихо напевал песенку о любви и вечной дружбе. И всё это происходило высоко над землёй с видом на Кремль и на Красную площадь. И было на душе покойно и вольно, как в Раю.

А через неделю мне случайно попадает в руки глянцевый журнал, а в нём несколько красочных (один лучше другого!) проектов Экопарка «Зарядье» с парящим мостом над Москвой-рекой, с видом на Кремль и на тот самый отреставрированный сталинский высотный дом.

Экопарк «Зарядье» как советско-буржуазная фантасмагория

Экопарк «Зарядье» как советско-буржуазная фантасмагория

А через две недели читаю в газете, а потом слышу и по радио о том, что увиденный мною во сне четырнадцатый этаж высотного здания весь скуплен видным нашим политиком и государственным деятелем, первым заместителем Председателя Правительства РФ Игорем Шуваловым. Досужие журналисты назвали эту его операцию с недвижимостью «удачным и смелым инвестиционным проектом последних лет», а опытные риелторы уже подсчитали реальную рыночную стоимость четырнадцатого этажа после его генеральной реконструкции и перепланировки. И как тут не вздрогнуть, читая и слыша такое, как не стать мистиком и не уйти к тибетским монахам?

И в то же время не надо спешить в дом скорби. Надо порадоваться вместе со всеми деятелями культуры тому, что благодаря деньгам и личной заинтересованности Игоря Шувалова этот уникальный символ материалистического абсурда сталинской эпохи будет реставрирован и спасен от разрушения, минует печальную судьбу Храма Христа Спасителя в первой половине ХХ века. Среди множества исторических мифов и легенд самыми распространёнными – являются сказания и свидетельства о «чудесном спасении» исторически значимой (рентабельной) личности – наследника престола, великой княжны, законного государя-императора или императрицы. Причиной этому в эпоху наследования власти по крови являлось самозванство или тоскующие по мании величия двойники правителей-самодержцев, которых иногда использовали в борьбе за власть различные политические группировки, а иногда и спецслужбы.

Когда речь заходит о тирании или о русском абсолютизме, то иногда приходится делать несуразные и противоречивые выводы. Например, такие, что именно тираны являются самыми откровенными материалистами и атеистами. Отправляя тысячами своих врагов на тот свет, они тем самым опровергают человеческий миф о загробном мире и вечной жизни. Там, где идеология заменяет религию, возможен любой морально-нравственный симбиоз – мистика легко уживается с атеизмом и для принципов морали у людей не остаётся места.

Мистику порождает в первую очередь культ власти, а потом уже и культ личности. Культ Сталина был элементом народовластия и партийно-государственного аппарата и носил сакральный, почти мистический характер. В сталинскую эпоху, благодаря доктрине божественной власти, обнаружились огромные возможности коммунистической власти манипулировать сознанием народных масс. Сталин был воистину народным вождём, более народным, чем Ленин и все преемники Сталина, и его культ рос главным образом снизу, хотя и насаждался и сверху. И в то же время власть как таковая есть дочь слепого Случая и бездумной Удачи. Даже наследственная, монархическая власть является жертвой Случая и достается не только рыжим или красивым наследникам, но и безумным и убогим. Иногда, брошенная этими беспутными родителями власть валяется на улице, и подобрать её в нужное время и в определённом месте может кто угодно, любой гиперактивный властолюбивый маньяк: помощник присяжного поверенного Ульянов или уголовник Джугашвили. И тогда власть порождает культ бессмертной личности, а личность – «божественное» происхождение власти. Если в бессмертие Ленина советские люди верили чисто символически, со слов Маяковского: «Ленин и теперь живее всех живых», то в бессмертие Сталина им приходилось верить всерьёз. Любое упоминание о плохом здоровье вождя или о его возможной, близкой смерти, воспринималось спецслужбами, как тайное покушение на его жизнь. Ни один анекдот о Сталине, ни одна «реальная» история и забавная байка не были унизительными для него. Это исторический факт и его необходимо признать.

Надо признать, что анекдоты о Сталине всегда оставались на уровне высокого почтения к диктатору, ибо он как личность, в отличие от его преемников Хрущева и Брежнева, был почти не анекдотичен.

Все живые истории о Сталине носят несколько мистический характер и связаны в первую очередь с его бессмертием.

Он в полночь идёт к Мавзолею,
Он хочет убрать часовых.
Он всяких врагов одолеет,
Посмертно помилует их!

Чаще всего анекдоты вообще рассказывались как реальные истории и многие люди в них верили. Особенно верилось в жуткие рассказы о двойниках Сталина, которые продолжали тревожить воображение московской творческой молодёжи (и не только её) вплоть до прихода Брежнева к власти. Тема двойников, как и тема близнецов в народной мифологии, тесно связана с чудесным спасением культурного героя (царевича, царя и вождя) и является основой его условного земного бессмертия. Здесь миф может при желании стать былью, превратиться в очередной реальный реванш слабеющего авторитарного режима: «Сталин жив! Отравлен и похоронен его двойник! Это нужно было в интересах партии! Сталин ещё вернётся и покажет всем, как надо править великой страной». Следует знать, что мало кто в СССР верил в скорую смерть вождя, считалось, что он будет жить очень долго, используя для этого лучшие достижения мировой медицины. Эта новая вера, а скорее древнее суеверие подкреплялось тотальным страхом, пропитавшим за четверть века сознание новых людей. И это вполне объяснимо, ведь и за «плохие» и «хорошие» анекдоты о товарище Сталине людей сажали в тюрьму на длительные сроки как за антисоветскую пропаганду. Во время Большого террора (борьбы за власть, т.н. окончательного раздела «ленинского наследия») в уголовном порядке иногда вместе с рассказчиком наказывались и его слушатели (за недоносительство). Одним из таких «враждебных настроенных элементов» оказался любитель анекдотов философ А.Г. Спиркин (1918-2004).

Спиркин Александр Георгиевич (1918-2004), советский, российский философ, автор книги «Курс марксистской философии». М., 1963 (1-е изд.); Отбыл пять лет лагерей на стройках коммунизма за анекдот о Сталине. Автор того самого учебника, по которому изучало диалектический материализм всё советское студенчество.

Спиркин Александр Георгиевич (1918-2004), советский, российский философ, автор книги «Курс марксистской философии». М., 1963 (1-е изд.); Отбыл пять лет лагерей на стройках коммунизма за анекдот о Сталине. Автор того самого учебника, по которому изучало диалектический материализм всё советское студенчество.

Во время войны упоминать имя Сталина всуе и делать его предметом панических слухов стало смертельно опасным делом. Так, в конце октября 1941 года в городе Горьком чекистами было расстреляно несколько женщин за распространения панического слуха о том, что «Сталин в лаптях ходит по Чебоксарам и просит милостыню». Вполне вероятно, что здесь дело не обошлось без двойника Сталина. К тому времени у Сталина их было уже двое, и в народе уже ходил анекдот об одном подозрительном человеке очень похожим на вождя, и судьба которого якобы решалась на закрытом заседании Политбюро.

Сталин предлагал своего двойника расстрелять, а Ворошилов – только сбрить усы и оставить в живых. «Хорошая мысль! – воскликнул Сталин. – Побрить этому мерзавцу усы. А затем расстрелять!» (Александр Зиновьев Русская судьба.1990).

Удивительно то, что в этом анекдоте и других подобных ему придуманных историях и мифах, отражены исторические факты относительно трагических судеб всех двойников. Многие из них, отслужив положенный срок, физически уничтожались вместе с родственниками, навсегда оставаясь для нас государственным секретом с грифом «хранить вечно» В Китае существование дублеров считалось важной государственной тайной. А в Древнем Египте о них знали все, вот только не всегда могли определить: сам фараон присутствует на церемонии или его копия?

Например, судьба двойника Сталина Христофора Гольштаба нам неизвестна (скорей всего, он был аннулирован чекистами Ягоды ещё в 1935 году). Тогда его роль стал исполнять скромный бухгалтер из Винницы Евсей Лубницкий, которого после смерти вождя арестовали, но расстреливать не стали, оставили в живых. Совершенно случайно и при прямом содействии родной дочери контр-адмирала Чудинова Татьяны мне привелось встретиться с двойником Иосифа Виссарионовича Джугашвили. Зрелище это не для слабонервных визитёров. И как тут не сойти с ума, видя перед собой в парадном мундире пусть изрядно поседевшего, но всё же живого генералиссимуса, того самого вождя, портреты которого украшали все школьные учебники. Живая копия вождя отражала в себе все известные и неизвестные в ту пору современникам мелочи во внешности, в жестах, в походке и в голосе великого оригинала. По словам той самой моей однокурсницы Татьяны Вучетич (в девичестве Чудиновой), которая жила в корпусе Б высотного жилого дома на Котельнической набережной, частыми посетителями товарища Сталина (Лубницкого) были военные в отставке или видные чекисты в запасе. Вряд ли это было с их стороны только одной лишь ностальгией, тоской по утраченному великому прошлому, славному сталинизму.

Стены и потолок центрального входа в жилой высотный дом на Котельнической набережной.

Стены и потолок центрального входа в жилой высотный дом на Котельнической набережной.

Не знаю, готовился ли в то время «заговор военных» или «дворцовый переворот» в ЦК, или же затевалась очередная провокация советских спецслужб, но то, что двойник Сталина приехал из Душанбе в Москву и поселился в квартире отставного маршала – это факт. Без разрешения генералов КГБ такие визиты в столицу были невозможны. А значит, кому-то из главных затейников на Лубянке это двойник Сталина понадобился. Как в своё время понадобился чекистам и Герой Советского Союза убийца Троцкого, старик Хайме Рамон Меркадер дель Рио, который вернулся в Москву после полного отбытия тюремного срока и стал посещать общественные места, где любила обретаться московская богема, чаще всего в «Дом журналиста».

Двойник Сталина (Евсей Лубницкий) продолжал ещё долго оставаться «запасным игроком» на политическом поле спецслужб, пока не умер своей смертью в Душанбе в доме престарелых в 1981 году. Анекдоты о чудом спасшемся вожде от рук подлого убийцы-отравителя Никиты Хрущева, так или иначе связаны с фигурой Евсея и от них веяло, почему то, мистикой и философией Воздаяния.

Это и анекдот о не состоявшемся полночном диалоге воскресшего вождя с часовыми у Мавзолея на посту №1. Эти доблестные кремлёвские курсанты на вопрос: «От кого вы его охраняете? Кому он сейчас нужен?», оба упали в обморок и умерли, не приходя в сознание. И анекдот о поисках Сталиным последнего адреса умершего Никиты Хрущева. Узнав от коменданта Кремля, что «Никита-танцор» похоронен на Новодевичьем кладбище, Сталин сказал: «Ничего, я и под землёй его достану! Он у меня не раз на угольках попляшет!»

Эта череда анекдотов мистико-инфернального свойства впечатляла тогда впечатлительную, творческую молодёжь и значительно повлияла на становление в СССР новой волны авангардного искусства.

Хайме Меркадер с ледорубом, мне никогда не снился, а вот Сталин в изображении Лубницкого – не раз, и всегда многозначительно и пророчески.

Об одном из таких снов я написал в романе «Княж-Погост», в главе «Сталин на скотоферме». Вот уж где реальность слилась с абсурдом и стала навязчивой легендой! О высотном здании на Котельнической набережной можно и даже нужно написать вполне художественную адресную книгу. Какую фамилию ни возьмёшь – в любой своя страница истории страны. Порой даже смерть почётного жильца этого сталинского высотного здания, рождает весьма живые воспоминания о родных умершего.

Не дожить, не забыть и не вспомнить
Бледный образ родного лица.
У подъезда высотного дома
Разбиваются насмерть сердца.

(Анатолий Апостолов. Из глубины нездешней. М.1998)

Надо никогда не забывать, что в любой идеологии всегда присутствует определённый процент лжи, лицемерия и обмана, и снизить его возможно только при мощной социальной и молодёжной политике. Если в обществе грубо нарушаются законы социальной справедливости, а страна становится великой державой нищих и бесправных граждан, то старая идеология, как правило, долго не живёт.

Ложь, содержащаяся в запредельной концентрации в идеологии и пропаганде, пропитывает все сферы деятельности граждан, и даже многие параграфы Основного Закона, начиная от сталинской конституции и кончая брежневской и ельцинской. И когда один из пунктов Основного Закона утверждает, что в данной стране не может быть идеологии как таковой, то знайте: вам нагло лгут, ибо перманентная, латентная деидеологизация общества является тоже идеологией, но идеологией особого свойства.

«Воспоминание о будущем Москвы-блудницы»

«Воспоминание о будущем Москвы-блудницы»

Жить по лжи советской идеологии тотального насилия и обмана и жить без идеологии по законам рынка и криминально-уголовного мира человеку созидательного, интеллектуального труда одинаково сложно и трудно.

Как ни прискорбно, но при смене общественной формации и самой идеологии, выигрывают, как правило, её носители и охранители: на смену глобальной, мировой революции приходит во всём своём величии глобализация – безыдейная дочь двуликого Януса, отпирающего и запирающего городские врата по своему личному желанию и разумению.

Абсурд советского прошлого, как и абсурд нынешней буржуазной реальности взаимно обогащают друг друга, закрепляясь в нашей памяти и отражаясь в нашем сознании во вполне реальных образах и объектах, в мелких предметах быта и в грандиозных сооружениях. Это и занесённые песком рыболовные сейнеры посреди бывшего озера Балхаш. и Экопарк «Зарядье» близ Кремля на месте самого древнего района Москвы времен правления великого князя Михаила Святого, смиренного данника и зятя ордынского хана Узбека и флорентийского поэта-просветителя Данте Алигьери (1265-1321).

Всё видится и воспринимается как очередной морок и наваждение: жилые землянки и рабочие бараки «комсомольских строек» и жилой высотный дом в Москве на Котельнической набережной: примус и коробка спичек с иголкой к нему и газовая колонка в квартире со всеми удобствами в элитных домах Наркомтяжпрома. Всё познаётся в сравнении, и порой этот сравнительный анализ морально убивает. (Анатолий Апостолов. Дом разбитых зеркал. Роман, М.,2017).

Образцово-показательная землянка для послевоенной вдовы с двумя детьми

Образцово-показательная землянка для послевоенной вдовы с двумя детьми

Тот из детей войны и ГУЛАГА, кто родился, рос и вырастал в землянке и в заводском бараке, тот поймёт, каково ему и всем детям советского подземелья было входить в отдельные подъезды отдельных домов московских трудящихся. Особенно потрясающими в этом плане были элитные сталинские «жилые небоскрёбы» с их мраморными вестибюлями, где жалкий социальный червь казался себе самой ничтожной элементарной пылинкой, и с этим сознанием своей ничтожности взмывал к небу, на головокружительную высоту на скоростном лифте!

Такие бараки были мечтой для сосланных на Русский Север раскулаченных крестьян

Такие бараки были мечтой для сосланных на Русский Север раскулаченных крестьян

Высотный жилой дом на Котельнической набережной уникален и оставляет неизгладимое впечатление в душе каждого, кто проходит или проезжает мимо неё, он по-прежнему удивляет своей величием и воплощением несокрушимой мощи. Всякий раз, проходя мимо него, ощущаешь его как нависший над душой и телом морок и наваждение. Презренные провинциалы и жители советской периферии входили в него как в храм, а некоторые благоговейно снимали головные уборы. Три низкие башни и боковые крылья здания органично вписываются в общую архитектуру улицы и вливаются в сложный ландшафт на слиянии Москва-реки и Яузы.

Воистину, Оно есть одно из семи сакральных жилищ старшей прислуги советского Абсолютизма. Квартиры в этом доме являлись предметом мечтаний советской элиты. Это был тогда священный, коммунальный дворец реального коммунизма – sacrum palatium со своей священной опочивальней и гардеробом – sacrum cubiculum, sacrum vestis – и новейшей, западной сантехникой в каждой квартире. Роскошь квартир поражала воображение, а сам дом казался недосягаемым оплотом жизни «высшего класса». Хрустальные люстры, потолочная лепнина, дорогой паркет, «сталинский» кафель — все это являлось неотъемлемой принадлежностью квартир жилого небоскрёба. В этом доме жила та советская элита, которая воспевала сталинский режим и та, которая его охраняла от внутренних и внешних врагов. Только кухни в этих божественно роскошных квартирах были маленькими (их площадь не превышает 6–8 кв. м) и являлись тогда уделом советской челяди – домработниц нянь и бон. Кухня в этих квартирах подразумевалась, например, для приготовления чая или кофе или для вдумчивых кулинарных экспериментов. Согласно первоначальному плану, новоиспеченные жители должны были своим примером показать передовой рациональный образ жизни. Дело в том, что по плану создателей проекта в доме должна была существовать общая столовая-ресторан гостиничного типа — для экономии сил и времени жильцов дома-коммуны. Именно о таком быте в таком дворце мечтали когда-то многие пламенные революционерки и видные большевички, «валькирии революции» – Инесса Арманд, неуёмная Александра Коллонтай (Шурочка Домонтович) и неистовая товарищ Землячка (Розалия Залкинд). В массовом советском журнале «Огонёк», посвященному новому советскому быту, было сказано несколько слов о жильцах элитного дома: «Стоит над Москвой рекой белокаменный дом, в котором живут простые советские люди — рабочие и инженеры, врачи и артисты, архитекторы и пенсионеры… Невозможно представить, чтобы где-нибудь в Америке, Англии, Франции, любой капиталистической стране правительство построило такое здание и заселило бы его рабочими и специалистами…». В этом абзаце воочию проявляется вся гнусная ложь коммунистической пропаганды. На самом деле, в этом доме жил высший свет той эпохи. Здесь проживали известные советские деятели науки и искусства, которых с большим трудом можно было отнести к «простым рабочим». Где это видано, чтобы на домах обычных советских людей делали такие горельефы и орнаменты. Учитывалось множество деталей в проработке скульптур, у всех людей есть зрачки, для большей выразительности. При этом они одеты в простую одежду рабочих. Всего в здании находятся около 700 квартир. В его цоколе расположены магазины, библиотека, школа, детский сад и почтовое отделение. Есть и свой кинотеатр «Иллюзион», москвичи его прекрасно знают. В старое время народ ломился сюда на премьеры новых зарубежных фильмов с Бельмондо или Делоном, там я посмотрел «Земляничную поляну» Бергмана и был её потрясён не меньше, чем когда-то в детстве рассказами-ужасами Эдгара По и социальной сатирой Джонатана Свифта.

Строительство высотного жилого дома на Котельнической набережной. Москва, сентябрь 1951 года

Строительство высотного жилого дома на Котельнической набережной. Москва, сентябрь 1951 года

Списки жильцов утверждал сам Сталин. Поэтому часть квартир были заселены всевозможными работниками КГБ, партийными и военными деятелями, другую часть получили известные учёные, артисты и писатели. Для разнородности состава одно крыло отдали военным, другое — людям искусства. Квартиры жильцам сдавались «под ключ» — с белоснежной мебелью на кухне, бронзовыми светильниками, импортной сантехникой и… подслушивающими устройствами в некоторых особо важных по мнению власти квартирах. Чекисты подслушивали военных и творческую элиту, а заслуженные деятели советского искусства, лауреаты Сталинской и Ленинской премии доносили чекистам друг на друга творчески, вдохновенно, в шутку и всерьёз. Отчасти романтическую атмосферу первых лет этого гигантского коммунального дома отразил фильм «Покровские ворота», где, правда, и социальный калибр жильцов мельче, да и сам трагизм эпохи значительно сглажен, задушевно ироничен и по Мейерхольду расцвечен. Список будущих жильцов начали составлять еще на этапе строительства. «В нашем доме будут жить наши люди», — сказал «вождь народов». Но полностью заселить дом «нашими» не удалось – всегда находятся платные патриоты на час с фигой в кармане. Зерна измены уже зрели в душах «верных соратников» сразу же после великой Победы над внешним врагом, реальный коммунизм в их глазах утратил свою былую привлекательность. Славы в пределах советской империи уже было недостаточно, захотелось власти над всем миром и такой всемирной славы, как у вождя. Чтобы денег было в неограниченном количестве (как в бриллиантовой лавочке Ильича для товарищей из Коминтерна). И чтобы не перед кем не отвечать и быть единовластным Председателем Земного Шара (как в «золотых снах» Льва Троцкого). Высотный жилой дом на Котельнической набережной – архитектурный памятник сталинизму и всему реальному коммунизму – этому могильщику России, безродному космополиту, инфернальному выродку, бездушному, безличному и бесчеловечному, социально-историческому огрызку в масштабах тысячелетней истории Русского мира.

Обитателями советского рая в Котельниках были представители новой советской нации. Это они и их дети создали советскую культуру, а с нею и советскую русофобию, предтечу так называемой садомазохистской «русской русофобии» середины лихих и гнусных 90-х годов ХХ века. Ровно сто лет назад, сменив веру отцов на идеологию Ленина и Троцкого, сменив крест на красную звезду, русские граждане оборотились советскими, чьим культурным кодом стала тотальная ложь и насилие революции. Воистину, чтобы успешно решить в сталинской Москве свой квартирный вопрос, публичному человеку надо было не раз продать душу дьяволу – пойти в служанки к Воланду, добровольно пойти на сотрудничество с ГПУ-НКВД. До войны об этом не боялся говорить и писать Михаил Булгаков, после войны Владимир Солоухин и Александр Зиновьев. Сегодня, благодаря обилию отечественной и зарубежной мемуарной литературы, мы знаем многое о тайной, двойной жизни обитателей этих престижных сталинских высоток. А посему уже набившая оскомину старая байка о том, как «гениальная актриса» Фаина Раневская обвела вокруг пальца вербовщиков-чекистов с Лубянки и обманным путём получила новую квартиру в высотном доме на Котельнической набережной, уже не впечатляет даже самых наивных семиклассников.

При Сталине и Хрущёве в этом доме жили самые счастливые люди на русской земле. Двери в квартирах никогда не запирались. Все жильцы жили как одна огромная и дружная семья: дети друг к другу приходили в гости без приглашения, как к себе домой, утром пили чай с молоком в одной квартире в обед ели мясную гуляш или отбивную – в другой, а ужинали уже в третьей квартире! В холлах около лифтов днём малыши катались на велосипедах, играли в догонялки, всюду стоял детский гомон и смех, а вечером взрослые устаивали здесь танцы. В холле на первом этаже центрального корпуса наряжали большую ёлку и устраивали новогодние представления. Здесь давно царил здоровый коммунистический образ жизни, здесь коммунизм для некоторых наступил сразу же после Дня Победы и для них он был реальным и настоящим. Сейчас этого, конечно, нет. Сегодня тут живут УСПЕШНЫЕ ЛЮДИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Многие жильцы не знают даже, кто в соседней квартире живет. Новые жильцы категорически не приемлют прежнего морального кодекса строителя коммунизма, им стал более близок закон социальных джунглей, где «человек человеку волк». В девяностые и двухтысячные годы они постарались заменить уникальные, входные двери в квартиры на тяжёлые металлические, бронированные двери. Скоро после реконструкции исторического здания, затеянной Игорем Шуваловым, вокруг всей высотки будет возведён высокий забор и вход и въезд сюда будет только по электронным пропускам. Точно такой же забор будет и вокруг Экопарка «Зарядье» – столица нашей страны не может, как и прежде, нормально функционировать без «особых зон», без «спецобъектов», «почтовых ящиков», охранной сигнализации, дворовых шлагбаумов, глухих заборов и «проволоки Бруно».

При Сталине, Хрущеве и Брежневе в этом элитном доме, кроме великой Галины Улановой и Фаины Раневской, жила актриса Марина Ладынина с режиссером Иваном Пырьевым, актрисы Нонна Мордюкова, Клара Лучко, поэт Александр Твардовский, писатель Константин Паустовский, композитор Никита Богословский и многие другие известные представители творческой интеллигенции. Сам архитектор Дмитрий Чечулин также жил в этом доме на набережной. При Хрущёве, Брежневе и Андропове сюда поселяли певцов оттепели, «шестидесятников» и представителей либеральной инакомыслящей молодёжи. Сегодня здесь живут тоже творческие люди, а их соседями являются тугие кошельки, имеющие власть. Цены на квартиры в высотке находятся на недосягаемом для рядового гражданина уровне и исчисляются десятками миллионов рублей. Но бывает и так, что некоторые квартиры годами простаивают без жильцов — порой богатые люди покупают недвижимость в этом здании в качестве инвестиции. Так, несколько квартир, точнее, весь четырнадцатый этаж выкуплен Игорем Шуваловым. В жилом доме на Котельнической набережной. Рената Литвинова соседствует с актером, музыкантом и шоуменом Дмитрием Нагиевым. Актер и писатель Ефим Шифрин даже свою книгу назвал «Дневник котельника». Сегодня, чтобы «жить в Котлах», вовсе не обязательно совмещать свою творческую или общественную деятельность с политическим доносительством. Политический донос как способ существования давно ушёл в прошлое вместе с тоталитаризмом, а расценки на этот род человеческой деятельности резко упали. На смену высокооплачиваемому политическому доносу пришли информаторы-патриоты на общественных началах. (см. Анатолий Апостолов. КАК ПРОДАТЬ БЛИЖНЕГО. Донос как способ существования. М. Издательство УРАО,2003).

Холл Центрального корпуса высотного дома на Котельнической набережной у скоростных лифтов, купленных за рубежом в 1949 году.

Холл Центрального корпуса высотного дома на Котельнической набережной у скоростных лифтов, купленных за рубежом в 1949 году.

Об этом абсурде реального коммунизма можно было бы вообще не говорить, если бы сегодня речь не шла о глубоком духовно-нравственном кризисе в России и о будущем молодого поколения страны. Что говорить, абсурд бытия, основанный на лжи и лицемерии, непременно порождает духовные и душевные болезни совестливых и законопослушных граждан, а заодно с этим и острый дефицит человечности. Об этом говорил нам семнадцать лет назад писатель Солженицын и Патриарх всея Руси Алексий II. О потрясениях ХХ века и о том, как «жить не по лжи» говорит нам и Патриарх Московский и всея Руси Кирилл: «Нужно примирять людей, а не сеять раздор, нужно перестать лгать, ибо ложь грубо искажает историческую действительность и сознательно вводит людей в заблуждение, в пучину немыслимых страданий». (РГ, 16 октября 2017, №233, с.7). Ложь извращает самые светлые наши чувства, в том числе и любовь к родной земле, родному краю. Надо понимать, что обожествлённый вождь и священная Отчизна – это два разных и даже несовместимых понятия. Правящий режим может быть сколь угодно глуп, злобен и губителен, но Родина здесь ему не товарищ и не пособница в делах насилия над её чадами и домочадцами. Родина – понятие символическое. Тиран и садист может бесконечно долго плескаться в крови народа, насиловать, унижать и убивать миллионы своих подданных, если изначально сумеет, прикинуться «родиной», как в своё время большевистская Россия назвала себя «социалистическим Отечеством». Сделать на практике это весьма просто Дело в том, что понятие «родина» является настолько абстрактным, сакральным, что оно легко преобразуется в нужную политическую материю и товар. Образуется забавная инсталляция, в которой иллюзия и реальность слиты в единое, без всяких видимых границ, нейтральных полос и переходов. Где кончается одно и начинается другое, различить почти невозможно. Здесь огромную роль играет иллюзия, обман и социально-общественная галлюцинация, с её важной «наркотической» функцией, включающей механизм природного альтруизма, которые позволяют власти творить от имени отечества самое гнусное насилие над своим народом.

Классический большевистский барак для заключенных и свободных советских граждан.

Классический большевистский барак для заключенных и свободных советских граждан.

Строго говоря, прекрасное понятие «родина» в руках манипуляторов молодёжным сознанием является чистой воды обманом. Практически каждый режим с легкостью проделывает эту подмену. Конечно, это жульничество чистой воды, но народ жаждет иметь родину, ибо без неё нет смысла существования. Иллюзия «родины», сотворённая из героической мифологии предков, обеспечивает прекрасное послушание и должную энергичность одураченных. Чтобы «жить долго и счастливо», режимы ткали нужную им мифологию и пропитывали её ядом патриотической романтики. Этой паутиной и обволакивалось поколение за поколением. В пределах собственного языка и своей культуры любая нация никак не ограничена в этих фантазиях. Конечно, от режима требуются некоторые усилия для того, чтобы патриотическая паутина была крепкой, клейкой и ядовитой. Но этот труд окупается. Ведь все погибшие «за родину» на самом деле всегда отдавали свою жизнь за режим. За его глупости, ошибки или капризы. Это понимали наши современные писатели-мыслители и пророки, которые призывали нас жить по правде, а не по лжи, всегда бороться, жить и побеждать зло так, чтобы потом вслед за писателем Виктором Астафьевым не задавать себе вопрос: «Неужели всё напрасно?» Замечательный наш историк и просветитель Василий Осипович Ключевский говорил: «История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков». Хочется надеяться, что эти отрывочные воспоминания из «жития сердца моего» о событиях недавнего прошлого будут содействовать, прежде всего, взаимному пониманию и примирению, а не служить окончательной утрате нами человечности, источником новых раздоров и гражданских распрей.

Сегодня, когда пишутся эти строки, нас отделяют буквально дни от 100-летия воспоминаний о революционных событиях, которые и теперь для многих людей – кровоточащая рана, источник идейных раздоров и распрей. Пора бы давно примириться, объединиться и взяться за созидание нового русского мира. Не определившись окончательно с Русской идеей, не объединившись и не вооружившись идеологией великих дел, россияне никогда не смогут стать сообществом единой судьбы.

Двухэтажные бараки для семейных специалистов, работавших на великих стройках коммунизма.

Двухэтажные бараки для семейных специалистов, работавших на великих стройках коммунизма.

Без идеи национального единства и без новых вдохновляющих целей невозможно определить свою историческую миссию и приоритетные цели развития общества.

Только единство народа, только высокий «коллективный интеллект» способен создать и поддерживать глобальную, стратегическую стабильность и региональную безопасность новой богатой, гармоничной, модернизированной социалистической России. Все важные инициативы и новые концепции, и новая идеология и планы государственного управления обязательно должны исходить принципа «развития вокруг народа». В ходе планомерного и осторожного, бережливого возрождения великой нации необходимо ставить в приоритет рост неуклонного повышения благосостояния народа, сохранение и преумножение народонаселения страны. В новой, возрождённой России не может быть «бедных и лишних людей», как и нищенствующих ветеранов войны и труда, инвалидов и калек, обездоленных вдов и матерей-одиночек. В новой России не должно быть «мёртвых городов и деревень рабочих бараков и посёлков при химических, вредных предприятиях, как не должно быть и так называемых «детей диоксина», молодых «бронзовых» людей с отрешёнными лицами, или всегда весёлых «людей жёлтого цвета». (Александр Лофиченко. Детство Коли. М.2011 – Чапаевск- Челябинск-1953, с.123-158). В новой России не должно быть городов и селений там, где невозможно выживание человека на биологическом уровне. В новой России не должно быть хижин и дворцов, ветхих жилых сараев и золотых колоколен в новой России даже в небольшом городе уровень жизни не должен отличаться от центрального города-мегаполиса. В новой России должно быть не более 20 крупных городов-агломераций, где будут максимально сосредоточены инфраструктурные, интеллектуальные и социальные ресурсы. А вокруг должны быть экологически чистые заповедные пространства для рачительного ведения сельского хозяйства. И никаких «10 новых танков и 300 АКМ на душу населения»! И никаких бредовых идей о мировом господстве и глобализации! А многие города, как в Заполярье, так и на Колыме, с их рудниками, шахтами и оборонными предприятиями и «жилищно-барачными цехами», как и прочая нелепость и абсурд советского бытия, должны исчезнуть с карты страны. А вместе с ними должна уйти в историю нищета и бедность, бессмысленное существование с домашней и школьной проституцией, наркоманией, ростовщичеством и работорговлей, перманентным животным страхом перед любым тираном и насильником федерального или местного масштаба.

В новой России не должно быть того абсурда, который присутствовал и продолжает присутствовать в русском обществе ещё со времён Гоголя и Щедрина. Россия, если не хочет оказаться по доброй воле под опекой ООН, или вообще погибнуть, должна перестать жить абсурдом, бредовыми идеями и манией величия, она должна очнуться от морока, морально и нравственно возродиться, преобразиться в лучшую сторону.

«Райский сад» вульгарного, казарменного коммунизма, реально  выращенный посреди джунглей «гнилого Запада».

«Райский сад» вульгарного, казарменного коммунизма, реально выращенный посреди джунглей «гнилого Запада».

Россия должна не только выйти на свою широкую и ясную дорогу стремительной модернизации и социального обновления, но и показать всему миру свой новый путь и тем самым продемонстрировать человечеству свою новую модель развития в поисках лучшего общественного строя с его щадящим управлением. (А.А. Зиновьев).


2017-10-20
Анатолий Апостолов