Космонавт Максим Сураев, фото twitter.com

На праймериз в Балашихинском округе, включающем г.о. Мытищи, включили административный ресурс в поддержку кандидата-космонавта

Материал о том, как на праймериз в Балашихинском округе включали административный ресурс для продвижения определенного заранее кандидата. Расследование газеты “Московский Комсомолец”.

Внутренняя кухня праймериз «Единой России» совсем не похожа на чинно-благородные декорации, которыми она обставлена снаружи. «МК» убедился в этом благодаря сотрудникам администрации подмосковного города Мытищи. Несмотря на то что праймериз у партии власти только через месяц — 22 мая, в Мытищах административный ресурс уже заработал. Сотрудникам администрации раздали бланки для голосования, которые им следует заполнить своими персональными данными, а также персональными данными подчиненных, друзей и знакомых и 22 мая явиться всем вместе на избирательный пункт, чтоб проголосовать за указанного в бланках кандидата по Балашихинскому округу — Максима Сураева.
«От каждой организации должны прийти 100 человек, — рассказал «МК» работающий в администрации житель Мытищ. — На избирательном пункте нас всех пересчитают. Кто не придет, пусть потом не жалуется».

В бланках оставлено место для номера избирательного участка и фамилии мобилизатора (того, кто сагитировал очередного мытищинца голосовать на праймериз). Причины, по которым очередной мытищинец поддерживает Сураева, в бланке уже указаны. Самая убедительная — в конце: «Открыт к сотрудничеству с кандидатом Никитой Чаплиным». Никита Чаплин — вице-спикер Московской областной думы. Выборы в Госдуму, ради которых затеяны праймериз, будут проходить одновременно с выборами в Мособлдуму. Чаплин будет туда выдвигаться в том же Балашихинском округе. В праймериз он поэтому не участвует. Тем не менее упоминается в раздаваемом мобилизаторами бланке. У него привилегированный, опережающий пиар, потому что потомственный функционер. Его папа занимал высокие посты в подмосковном правительстве и Администрации Президента. Но Никите до папы еще далеко. Помимо вице-спикерства в Мособлдуме он всего лишь председательствует в Общественной палате ЦФО, Общественном совете ЦФО и всяких прочих советах. Совсем другое дело — Максим Сураев. Космонавт-блогер.

Отбыл полгода на МКС, но ему не дали Героя России, хотя всем дают. Видимо, как раз из-за блога. Официальная мотивировка — «за недостаточностью оснований». Минобороны дважды отказывалось поддержать Сураева с такой резолюцией. На третий раз все-таки сломалось. Так что он Герой России с третьей попытки. В тандеме с Чаплиным его роль, похоже, такая же, как у девушки, которая выходит на трассу ловить попутку, а когда авто останавливается, из кустов вылезает ее молодой человек. Хотя, может, тут все наоборот. Как раз у Чаплина роль такой девушки. Ни Сураева, ни Чаплина в Балашихинском округе люди не знают, поэтому их роли распределяются исключительно в воображении их пиарщиков и мобилизаторов.

Одному из мобилизаторов мы позвонили — Игорю Васильевичу Сыромятникову (у сотрудников мытищинской администрации нашелся его телефон). Журналистка «МК» представилась матерью сотрудника, который принес домой какую-то листовку или бланк, а что с ним делать-то?

— Сколько он принес листовок? — сразу спросил Игорь Васильевич.
— Две. Сказал размножить. Ну, мы размножим. А дальше куда?

Игорь Васильевич понял, что имеет дело с простым народом и не надо вдаваться в подробности. Начал он с того, что праймериз — иностранное слово. Означает выборы, но предварительные. Кандидатов много, нужно выбрать предварительно лучших, а для этого необходимо 22 мая с этой листовкой пойти и проголосовать. О том, что это не всеобщие, а внутрипартийные выборы, он не сказал. И партию «Единая Россия» не упомянул. Он не обманывал, но умалчивал о скользких моментах. «Единую Россию» народ нынче особо не жалует, зачем же ее упоминать.

— А это вообще обязательно — приходить?
— Если можете, то обязательно. А то нам с вами будет трудно победить Навального. «Нам с вами». Не видя человека, не зная его взглядов, тонкий психолог Игорь Васильевич уверенно присоединял его к стаду мобилизованных. Он был так простодушен, что хотелось его подразнить.
— А мне вообще нравится Навальный. Он симпатичный.
— Симпатичный, да. Они таких специально подбирают, симпатичных, — стал распаляться Сыромятников. — Только он ворует и в рот американцам смотрит.
— По крайней мере про него что-то известно. С коррупцией вон борется. А про этих — Сураев, Чаплин — я даже не знаю, кто они такие… Нет, я, конечно, пойду проголосую, если надо. Я понимаю. Сын сказал, иначе проблемы. А кстати, деньги за это не платят?
— Нет, — твердо сказал Игорь Васильевич. — Деньги не платят. Вопрос про деньги, видимо, показался ему закономерным. Во всяком случае, он совершенно не возмутился меркантильностью простого народа. Наоборот, предложил еще раз позвонить, и он тогда скажет, где в ближайшее время появятся Сураев—Чаплин. Чтоб простой народ пошел на них посмотреть. Если так уж хочется. Мобилизаторы явились в администрацию Мытищ в конце марта. С уже вписанными в бланки фамилиями кандидатов. Даже не дождавшись начала дебатов, которые открылись 2 апреля. Хотя именно по результатам дебатов люди должны выбрать, кому отдать предпочтения. Но за них уже выбрали кого надо.

«Я поддерживаю того-то, хотя первый раз о нем слышу». Такую игру нельзя назвать честной. Это натуральное шулерство. И не только по отношению к избирателям, но и по отношению к другим кандидатам. А ведь все они из одной команды. Все свои. Все представляют «Единую Россию», а не оппозиционную какую-нибудь партию идейных врагов. Представьте картину: на отборочные соревнования съехались спортсмены. Кто лучше выступит, тот поедет на Олимпиаду. Спортсмены волнуются, разминаются. И не знают, что еще до начала соревнований «шнурки» из Минспорта уже раздали судьям бланки, где вписаны победители. И результаты уже занесли в протоколы, и в компьютеры забили, и судьям строго сказали: победят вот эти спортсмены, а если вы так не хотите, то мы вас уволим. В точности то же самое — праймериз партии власти. Остается надеяться, что только в Балашихинском округе Московской области у них такое фуфло. Но ох как слаба такая надежда.